Книга "Без Путина"

Страница 119 / 121



сменить нормальным путем через выборы, потому что их просто больше нет. Это не только главный порок, но и наша всеобщая беда.
Политика — это всегда грязное дело?
Нет. Чем более она публична и конкурентна, тем меньше в ней грязи.
Что бы вы пожелали нашей демократической оппозиции?
Побольше чувства ответственности и иронии по отношению к самой себе.
Что бы вы поменяли, если можно было бы начать жизнь заново? Ничего.
Капитал и слава Михаила Касьянова
Михаил Касьянов, как и любой политик, государственный или общественный деятель, наверняка задумывается, с чем он войдет в историю.
Что напишут о нем в нескольких главах, абзацах или даже строчках, когда, по словам Чурова, «все закончится»?
Сложность в том, что большинство исторических портретов решительно невозможно нарисовать только черной или белой краской. Нужна, как правило, вся сложная гамма цветов.
Мы помним Горбачева, с искренней горячностью агитирующего с трибуны за демократические реформы, и Горбачева, который едва ли не по-хамски говорит с академиком Сахаровым на I Съезде народных депутатов CCCР.
Мы помним Ельцина на танке 19 августа 1991 года, объявляющего вне закона путчистов во главе с председателем КГБ Владимиром Крючковым, и Ельцина на экране телевизора 31 декабря 1999 года, передающего президентскую власть подполковнику КГБ Путину, при котором, кстати, Крючкова будут приглашать за советом в Кремль.
Мы помним Путина, одержавшего при поддержке очарованного им среднего класса победу на выборах 1999–2000 годов над союзом консервативных «региональных баронов» и столичных бюрократов, альянсом Лужкова и Примакова. Мы помним и совсем другого Путина, полностью сменившего свою электоральную базу, повернувшегося спиной к среднему классу, во главе списка «Единой России» на думских выборах 2007 года, опирающегося на силовиков и тех же столичных бюрократов и местных царьков.
Михаила Касьянова мы тоже помним разным. Сияющим, рядом с Путиным на премьерском посту, откровенно довольным своим положением второго человека в государстве. Помним его осторожно, а потом и во весь голос выражающим озабоченность по поводу того, что происходит в стране. Помним его растерянность в день отставки. Как поначалу неуютно чувствовал он себя в роли оппозиционного политика, как ошарашен был всеми